Скачать песню пионы дарит мне новый знакомый

Клуб Первых Жен (fb2) | КулЛиб - Классная библиотека! Скачать книги бесплатно

На этой странице Вы можете скачать без регистрации песню Моя Мишель - Мама, прости меня. Текст песни: пио-пио-пионы дарит новый знакомый -. Мне бы не хотелось это обсуждать, – продолжил Джил вкрадчиво и . автоматически вызывался номер Бренды, и услышала знакомый сигнал. .. Возможно, это новый этап в их браке, размышляла она, но тепepь это ее . 4 ЛЕБЕДИНАЯ ПЕСНЯ СИНТИИ СВОНН Глядя на пионы, она улыбнулась. Здесь вы можете скачать в mp3 и слушать онлайн бесплатно песни Моя Мишель. Все песни от Моя Моя МишельЦветные сны ("Ты мне нравишься" г) Моя МишельПионы дарит новый знакомый он питает слабости

Анни сжалась в своей постели, дрожа, несмотря на теплое стеганое одеяло. Она просто немножко полежит и подумает о случившемся. Прочувствуйте чувства других людей, так ее учила доктор Розен. Она вытянулась под одеялом. Сиамский кот Пэнгор молча пересек комнату и прыгнул на постель рядом с. Синтия, дорогая, милая, смешная Синтия умерла. Но удивительно, слез не. Синтия, ее подруга в школе мисс Портер.

Они жили в одной комнате, Синтия всегда была так добра к. В первую ночь в школе, когда Анни сняла верхнюю одежду и осталась в белье, Синтия не смеялась над. Молча она протянула ей лифчик, отвернулась и сказала: Она и Синтия вместе ходили на свидания.

Брат Синтии представил Анни Аарону, и, когда они поженились, Синтия была подружкой у нее на свадьбе.

Надежда Топтыгина. Песни моей души - Эрудит

Потом Синтия вышла замуж за Джила. И дочери родились у них в одно и то же время. Дочь Синтии, Карла, ее единственный ребенок, появилась поздно. Сейчас ей было бы столько же лет, сколько Сильви, подумала Анни. Карла была прекрасной, здоровой девочкой, Анни было больно видеть, что Карла растет и развивается быстрее, чем Сильви. В один из мартовских дней Карлу сбила машина, когда она выходила из школьного автобуса. Анни чувствовала себя вдвойне виноватой за свою тайную зависть.

В конце концов большинство друзей Синтии перестали ходить, но Анни не сдавалась: Однажды утром, в конце мая, Синтия вошла в залитую солнцем комнату. Лицо ее было бледнее обычного, глаза запали, вокруг них легли темные тени.

Через всю комнату она обратилась к Анни громким, ровным голосом: Анни встала и открыла свои объятия, Синтия подошла к ней и, положив голову на плечо Анни, беззвучно заплакала. Так они стояли долго. Когда, наконец, Синтия перестала плакать, она глубоко вздохнула, посмотрела прямо на Анни и сказала: Анни кивнула в знак согласия. Потом Синтия пожала плечами, достала носовой платок и вытерла. Аппарат, поддерживавший жизнь в ребенке, отключили днем, и вечером девочка умерла.

Вскоре после похорон Гриффины уехали в Европу. Спустя некоторое время они вернулись, продали свой дом, купили другой, более роскошный, в Гринвиче. В это время двое сыновей Анни поступили в школу, и она вместе с Аароном переехала в Манхэттен. Конечно, они с Синтией иногда встречались, чтобы пообедать в городе или вместе походить по магазинам, но Синтия, казалось, окаменела. Она все меньше и меньше разговаривала, а после развода с Джилом стала еще тише. Теперь Синтия ушла из жизни. Не было совпадением, что это произошло в конце мая, тогда же, когда умерла Карла.

Анни поняла, что это была годовщина смерти Карлы. Ей бы следовало сразу догадаться! Как она могла так отдалиться от подруги? Как она не подумала о ней? Почему же так происходит, что свою сильную боль и отчаяние люди стыдятся открыть даже самым близким друзьям? Она перевернулась в постели и застонала. Анни было сорок три. В ней было пять футов четыре дюйма росту, средний рост для американской женщины, но весила она только сто девять фунтов, немногим более того, что было в ней 25 лет назад, когда она училась в школе мисс Портер.

К своему весу она относилась внимательно, так же, как и ко многим другим вещам в своей жизни: Теперь, по совету своего врача, она позволила горестным ощущениям овладеть ею. О Боже, это было так тяжело. Если бы только она позвонила. В последнее время мы с ней почти не встречались.

А надо было бы… Слезы покатились у нее из глаз. Она начала всхлипывать, сдавленные звуки вырывались из ее губ. Анни закрыла лицо пледом в надежде заглушить. Не только боязнь разбудить дочку, спавшую внизу, была причиной.

Анни самой были неприятны звуки собственных рыданий. Боль была невыносимой, так ей казалось, когда она плакала. Теперь ей явились образы.

Кровь, окрасившая воду в ванне. Почему я не позвонила ей? Ах, Синтия, почему ты не позвонила мне? Она лежала на спине и плакала, накрывшись пледом. Слезы бежали по щекам, струились по тонким морщинам у глаз и затекали в уши.

Наконец она перестала всхлипывать и медленно села на кровати. Через всю свою безупречно убранную комнату и высокие окна Анни посмотрела на улицу, где уже занимался рассвет.

Она была обессилена, хотя день еще не начался. Город только начинал просыпаться. Огоньки все еще мерцали за рекой в Куинс, который был похож на волшебную страну. На самом деле Куинс был мрачным маленьким округом. Анни проезжала через него по пути в аэропорт, поэтому она знала, что издали он производит обманчивое впечатление. Внешность часто бывает обманчивой. Из окна своей фешенебельной квартиры, находившейся на верхнем этаже небоскреба, Анни увидела несколько человек, бежавших трусцой по мокрой аллее.

Всю предыдущую неделю погода была ужасная — сырая и холодная. Она поежилась и отвернулась от окна. Как пережить самоубийство старого друга?

Эти мысли занимали ее, пока она шла в ванную по мягкому ковру. Итак, она будет соблюдать свой обычный распорядок. Она будет занята делами, их сейчас. Ей нужно будет позвонить Бренде и Элиз, а также всем остальным друзьям Синтии, которых ей только удастся вспомнить.

Кто же были друзья Синтии? Анни призналась себе, что она почти ни с кем из старых гринвичских знакомых давно не виделась. Разве что с Брендой Кушман, которая в гринвичское общество никогда не вписывалась, да еще с Элиз Эллиот Атчинсон, которая, впрочем, имеет дом и в городе. Но все-таки ближе всех для Анни всегда была Синтия.

Синтия была настоящим другом в городе, где дружба между людьми зависела от твоего положения и связей, от того, кем был твой супруг, каким было твое состояние, от того, что ты мог дать или, наоборот, получить.

Анни хотелось бы… впрочем, теперь это не имело никакого значения. Когда Анни вышла из ванной, завернутая в бежевую махровую простыню, волосы ее закудрявились от влаги, но выглядела она утомленной, лицо припухло от слез, глаза покраснели. При виде своего отражения в зеркале она покачала головой, но не остановилась. Она прошла по длинному коридору, отделявшему большую супружескую спальню от остального дома, мимо закрытой двери спальни Сильви, которая еще спала. Оставалось несколько дней до отъезда девочки.

Анни знала, что ей предстоит пережить не только смерть Синтии, но и разлуку с дочерью. Но сейчас некогда было думать об. Нужно делать неотложные дела, и Анни приказала себе пошевеливаться. В великолепной, отделанной кафелем кухне она подошла к встроенному столу в углу у окна. Именно здесь она занималась литературными опытами. Она напечатала всего две книги коротких рассказов, одну как раз перед свадьбой, другую после, по обе задолго до того, как она стала матерью.

Аарон и растущая семья положили конец ее писательству. Третья книга, по мнению Аарона, была недостаточно хороша для публикации. Возможно, он был прав. Все же она хранила рукопись. Она открыла второй ящик стола и нашла большую телефонную книгу. На обложке был портрет Мери Кэссет, портрет матери и ее маленькой дочки.

Вдруг ей очень захотелось выпить чашку горячего, крепкого и очень сладкого Кофе. Она давно отказалась и от кофе, и от сахара, но сейчас такая слабость была допустима. И все же. Она поставила чайник и села за стол. Прежде всего, конечно, она позвонит Бренде, своей лучшей подруге, в Нью-Йорк. Бренда была веселая, надежная и порядочная женщина. Правда, иногда она бывала немного жестокой.

Все же Анни хотелось позвонить ей, чтобы почувствовать ее поддержку. Было почти без четверти семь. Звонить Бренде в это время было неудобно. Если Анни была жаворонком и вставала рано, то Бренда иногда спала до полудня. У них с Анни была договоренность, что Бренде нельзя звонить до одиннадцати. Но сегодня это правило теряло силу, Анни нажала одну цифру своего кнопочного телефона, которой автоматически вызывался номер Бренды, и услышала знакомый сигнал.

Неудивительно, что прошло некоторое время, прежде чем на звонок ответили. Да сколько, черт возьми, времени? Бог ты мой, Анни, сейчас нет еще и семи. Тебе повезло, что я спала весь предыдущий день. Дело совсем не в. Это, конечно, ужасно, когда кто-нибудь умирает, но я-то тут при чем?

Зачем звонить мне в 6 утра? Не от чумы ли? Почему они так торопятся ее закопать? Это произошло дня два. Ее нашли только вчера. Я представляю, что за зрелище они увидели. Она была такой холодной и неприступной стопроцентной американкой. Иногда Бренда была совершенно невыносима. Снобка наоборот, которая всегда прячет свои чувства за шуточками-прибауточками. Если хочешь, я заеду за тобой в девять. Да и город на этой неделе словно вымер.

Все уехали на День памяти павших или в Хэмпгонз, или в Коннектикут. Кроме того, из аэропорта в Кемпбеллз нет вылетов. Давай лучше в десять. Мы опоздаем, как того требует мода. Мне нужно звонить другим. Анни почувствовала какое-то волнение в груди. Ему, конечно, надо сказать.

Андрей Наврозов: Наряжаем телку (Святочная история) – Андрей Наврозов – Колонки – Избранное – Сноб

Аарон всегда считал Синтию немного бесхарактерной, но она ему нравилась. Вообще-то Анни должна была увидеть своего бывшего мужа послезавтра, на церемонии выпуска в Гарварде. Она надеялась, что это будет чудесное время, что, может быть… Ей пришла в голову мысль позвонить ему сейчас же, но она испугалась, что к телефону подойдет другая женщина.

Разбудить это бревно в такую рань было бы просто удовольствием. Бренда осуждала Аарона за то, что он оставил Анни, но Анни сама себе этого не позволяла. В глубине души она надеялась, что, может быть, несчастье с Синтией вновь сблизит. Увидимся завтра в половине десятого.

Она положила трубку и подошла к плите уменьшить огонь под чайником. Следующей надо бы позвонить Элиз, но она без всякого энтузиазма думала об этом звонке. А потом надо обзвонить всех остальных, чьи номера удастся обнаружить. Кроме того, необходимо упаковать вещи Сильви, не забыть зайти к ветеринару и взять транквилизаторы для кота. Надо будет выбрать одежду для выпускной церемонии и попросить Эрнесту собрать для нее сумку с необходимыми вещами. Потом надо подумать о похоронах.

Придется обратить особое внимание на одежду. Ведь ее увидит Аарон. При этой мысли у нее вновь что-то встрепенулось в груди. Как будто имеет какое-то значение, что на ней будет надето или как она будет выглядеть.

Но все же… Она увидит Аарона. Возможно, поговорит с. Может быть, они вместе поплачут. О, Аарон, мне сейчас так нужно твое утешение. Но Аарон все еще злился на нее из-за Сильви, из-за того, что она ее отсылает в школу. И это несмотря на то, что сам он практически не видел девочку с тех нор, как ушел из семьи, не участвовал в ее воспитании, но тем не менее не хотел, чтобы ее отсылали в школу. Анни взглянула на кухонный стол, аккуратно накрытый для завтрака. Она сю накрывала вечером, еще ничего не зная о гибели Синтии.

Анни вспомнила, что у нее в руках чайник. Она резко повернулась и грохнула чайник назад на плиту. С ожесточением открыв холодильник, она начала копаться в морозилке. Где-то там был фунт бразильского кофе французского помола, и она решила сварить себе чашечку — одно из немногих утешений для покинутой жены. В конце концов, сейчас она одна и никто не узнает о ее грехе. Внезапно ее охватила волна такого одиночества, что ей пришлось схватиться за край холодильника, да так, что суставы пальцев побелели.

Ей вспомнился тот день, когда она стояла на этом же месте и смотрела, как Аарон шел через кухню с чемоданами, чтобы оставить их у служебной двери. А днем ты всегда можешь найти меня в офисе. Она вновь кивнула, онемевшая и растерявшаяся от горя. Как только она произнесла эти слова, она сразу поняла, насколько жалко они прозвучали. Он нежно посмотрел на.

Вообще-то, Аарон был добрым человеком. Сначала он говорил, что они расстаются на время, но это было ложью. Аарон, с которым она познакомилась в колледже, ее возлюбленный, ее любовь, хороший отец ее сыновьям, человек, которому она безгранично доверяла, оставил.

Анни стояла одна в своей сияющей, чистой, пустой кухне до тех пор, пока не пришла в. Она вновь подумала о докторе Розен, у которой лечилась в течение последних трех лет и которая так неожиданно отказалась от.

Возможно, нужно ей позвонить, попросить ее помощи. Анни присела и погладила Пэнгора. Она была рада любой деятельности, которая хоть немного отвлекала. Возможно, если она неплохо будет выглядеть, если придет на кладбище заранее, она сможет поговорить с Аароном. Развод был совсем недавно. Может быть, несмотря на их борьбу вокруг Сильви, он чувствует себя таким же несчастным, как. Впрочем, он не выглядел таковым, когда заходил к ней два дня назад поговорить о дальнейших планах сына.

Но весть о Синтии потрясет. Может быть, наконец, они смогут обо всем поговорить. Он посмотрит на Анни и вспомнит, что когда-то им было так хорошо. Возможно, похороны напомнят ему о том прошлом, которое стоит спасать, стоит лелеять.

Анни была из тех женщин, которые верили в пользу активных действий, и в некоторой степени это им помогало. Она была здорова, привлекательна, ей удалось удачно выйти замуж, выносить и вырастить троих детей, сохранить своих друзей, сделать много благотворительных дел, пережить развод, создать удобную и элегантную обстановку в своем ухоженном доме на самой фешенебельной и, возможно, самой красивой площади в Верхнем Восточном Манхэттене.

Она все еще могла кружить головы мужчинам, хотя знала, что им, скорее всего, нравится ее утонченность. Но она осталась одна, муж ушел от. Вся беда была в том, что Анни, как и Синтия, была всего лишь первой женой. Это обычное местечко папарицци — фотографов, которые ходят по пятам за кинозвездами и другими знаменитостями в надежде сделать снимки, показывающие истинное лицо людей в минуты их горя, родственников и друзей умерших знаменитостей, а потом им подают кофе и пирожки у бокового входа.

Пусть живые хоронят своих мертвецов. Опять надо идти, думал Лэрри Кохран, заряжая свою камеру. Люди, которые покупают бульварные листки, наслаждаются осунувшимися лицами на фотографиях. Сегодня, однако, хоронили не знаменитость. Лэрри Кохран собирался пойти просто потому, что ему нечего было делать, кроме того, бесплатный завтрак представлялся весьма желанным. Он быстро обследовал место действия и понял, что ему ничего не светит.

Какая-то матрона из Коннектикута. Да, ему не везет уже много недель подряд. Срок его журналистского пропуска истекал в конце июня, и если в ближайшее время он не добудет стоящие снимки, то останется не только без денег, но и без документов. Он не переставал удивляться тому, что все изменяется только в худшую сторону.

Приходящая горничная нашла ее через два дня, истекшую кровью в ванне. Так что меньше было работы, когда ее бальзамировали. Но тут задержки не допустил бы ее бывший муж, большой человек, подонок.

Вчера привезли, сегодня хоронят. Лэрри передернуло, когда он представил себе кровавую воду в ванне и то, что увидела приходящая горничная. У Лэрри было живое воображение. Он допускал, что оно помогало ему в его профессии фотографа и киноредактора, но его внутренний мир был слишком графичен. Он всегда ярко представлял то, что ему рассказывают. Ему нужна была помощь Боба, но от его рассказов становилось тошно.

Для бизнеса нехорошо, когда лишаешься поддержки женской части избирателей, знаешь. Все знают Джилберта Гриффина. Он был акулой в сфере принудительного вступления во владение вместо прежних владельцев, игрок по-крупному за большим игорным столом. Это был человек суперкласса. Не то что Боски или Милкен. Во всяком случае, он был осторожным до того, как разразился скандал по поводу его служебного романа с белокурой магистершей экономического управления, которая проходила у него стажировку.

У нее было длинное лошадиное лицо и потрясающая фигура. В течение нескольких месяцев он все отрицал в прессе, болтал о своей жене и доме, но, когда все поутихло, развелся с первой женой и женился на магистерше. После повторного оживления в прессе, специализировавшейся на описании сексуальных скандалов в мире бизнеса, все вновь затихло. Теперь Лэрри не мог вспомнить даже имен ни первой, ни второй жены.

У него была плохая память на имена, но отличная память на лица. Чего еще ожидать от фотографа? Он взглянул на табличку над головой Боба. Ее Лэрри узнал, конечно, сразу. Черты ее незабываемого лица он узнал бы где угодно. Она была одета в темно-синий костюм и кремовую блузку. Шелковые чулки на ее длинных ногах идеально подходили к бежевым туфлям-лодочкам на высоких каблуках.

Волосы, убранные в косу на французский манер, совмещали дюжину оттенков белокурого цвета и были покрыты темно-синим шифоновым шарфом. Глаза закрывали огромные темные очки. Сейчас он приготовил камеру, чтобы снять ее, но замешкался и не успел. Такого с ним давно не случалось. Он понял, что действительно волнуется, но не потому, что может продать ее фотографию, а потому, что она произвела на него впечатление. Он, Лэрри Кохран, нью-йоркский репортер-ищейка и будущий создатель фильмов, был потрясен.

Ей, должно быть, пятьдесят пять? Она появилась вслед за Грейс Келли, была ее преемницей. И тем не менее, сколько бы лет ей ни было, она все еще выглядела красивой.

Текст песни(слова) Моя Мишель - Химия

Лэрри подивился, откуда она знала какую-то Синтию Гриффин, но сразу же вспомнил сцену в одном из ее фильмов, в котором героиня Элиз Эллиот присутствовала на похоронах своей сестры. Это был как бы повторный эпизод, только 30 лет спустя.

Жалко, что упустил кадр, но он подождет, когда она будет выходить. Элиз Эллиот действительно была заметной актрисой. Если бы система студий не развалилась, она стала бы известной голливудской звездой. В то время, когда экран заполнили дамы легкого поведения, ее сексуальность дополнялась элегантностью и интеллигентностью.

Да, у нее было и то и другое, поэтому, когда она уехала из Голливуда во Францию работать с неизвестными режиссерами, все подумали, что она сошла с ума. Но Элиз Эллиот показала всем, что к чему. Она снялась в прекрасных классических картинах, а после этого ушла из кино.

Это было почти два десятилетия. Она просто исчезла, выйдя замуж за крупного бизнесмена. Господи, как звали этого парня? А она работала у Шаброля, Жерара Арто, со многими великими режиссерами. Лэрри смотрел каждый ее фильм по крайней мере десятки раз, но никогда не видел ее в жизни. Он так растерялся при этом, что не сразу возобновил свои наблюдения. Эге, неизвестно, кто может здесь еще появиться, подумал.

Две женщины шли по Мэдисон-авеню по направлению к. Он попытался их вычислить. Может, это будет парад звезд определенного возраста.

Одна из женщин отличалась необыкновенной толщиной. Она была одета в огромное черное пончо с бахромой по краям. Да, некоторые из них опускаются и ходят черт-те. Взять, к примеру, Ла Лиз. Но нет, это была обыкновенная женщина. Как, впрочем, и другая, худенькая привлекательная брюнетка. Да и снимок убитого горем Джила Гриффина может пригодиться. Такова была его профессия. Над ними неярко светили люстры.

Несмотря на приглушенные тона обстановки здания, его многочисленные комнаты и таблички на каждой двери создавали сходство с каким-то служебным помещением. Анни чувствовала себя измученной, печальной, злой. У нее уже не было слез. Джилу, этому мешку с дерьмом? Но я не лицемерка.

С Синтией мы никогда не дружили. Она меня третировала, как и все остальные дамы в Гринвиче. Ты одна ко мне хорошо относилась. Ты единственная, кого я люблю.

Даже если бы ты была блондинкой, я бы тебе это простила. Анни обернулась и увидела другую свою хорошую подругу, Элиз Атчинсон, которая шла прямо к. Анни открыла дверь салона Д. Элиз вошла первой, а Анни отступила в сторону и пропустила Бренду, которая едва не задела широкими бедрами за дверной косяк.

В тысячу первый раз Анни пожалела, что ей никак не удается заставить Бренду заняться лечением ожирения или вступить в анонимное общество по борьбе с перееданием. Салон Д был плохо освещен и почти пуст. Анни принесла с собой карликовое японское дерево в горшке, которое растила сама и которым восхищалась Синтия.

скачать песню пионы дарит мне новый знакомый

Но сейчас она не знала, куда его поставить. Стояла такая тишина, что любой шум или движение привлекли бы внимание. Она и Бренда последовали за Элиз и сели на свободные места.

Всей своей кожей, на что способны только любящие в присутствии любимых, она почувствовала, что Аарон где-то. Да, он был здесь, с другой стороны часовни, впереди. Она знала, что он придет. Она ощутила сердцебиение, узнав его затылок: Даже со спины Аарон казался более жизнестойким, чем другие люди.

Неважно, что он ее оставил. Неважно даже и то, что он попросил оформить развод. Любовь ведь нельзя перекрыть, словно воду в кране. Она научилась жить без него, но перестать любить его она не могла. Она все еще надеялась. Это был ее постыдный секрет, но это было.

Она взглянула на Бренду и на Элиз.

  • Эндшпиль - Малиновый Рассвет
  • никита - Мама у меня Химия
  • Стекловата - Новый год

С первой муж развелся, вторую муж фактически бросил. Несколько женщин сидели в разных местах комнаты. Впереди сидела женщина латиноамериканского происхождения, она тихо плакала. Это была единственная женщина с мужем. Кроме него и Аарона, в комнате находились только женщины. Как ужасно для Синтии уйти из жизни без мужского внимания. Через некоторое время в помещение вошел пожилой мужчина, за ним молодой. Всего в салоне Д набралось не более дюжины человек. Она кивнула головой в его сторону.

Я имею в виду урода Синтии. Анни увидела, что веки Элиз вздрогнули, но она и сама не знала, где Джил. Возможно, он был в притворе. Гроб покоился на задрапированном возвышении. Единственными цветами были красные розы.

Она поставила свое карликовое японское деревце на пустое сиденье рядом с. Семья Синтии должна была бы получше подготовить.

♫ Моя Мишель - Химия

Был брат Синтии, Стюарт Свонн. Хотя он не разговаривал с Синтией последнее время, но, несомненно, захотел бы проститься, Анни достаточно хорошо его знала. Она вспомнила шепот Синтии в больнице: Возможно, и никто не любил. Глаза Анни наполнились слезами.

Да, это была трагическая потеря. Вновь Анни ощутила свое одиночество. Она скучала по Синтии, по своим сыновьям, по Аарону. Вскоре она будет скучать по Сильви. Она думала, что ей удалось пережить боль разлуки, но смерть Синтии открыла все раны. В это время Анни увидела, что очень бледный, убеленный сединами человек в темном церковном облачении вошел в боковую дверь и вступил на возвышение.

Его вид соответствовал сану его высокопреподобия, и он сразу стал говорить надгробное слово, изобиловавшее общими фразами. Дни человека сочтены от его рождения, а Царствие Небесное и наши добрые дела останутся после. Ни слова о жизни Синтии, о ее замечательном саде, о ее щедрости, о Карле. Фактически он только один раз назвал ее имя. Создавалось впечатление, что он забывает ее имя, боится неправильно назвать.

скачать песню пионы дарит мне новый знакомый

Ну, Джил, конечно, обязательно скажет что-нибудь личное в своем прощальном слове. Развод был болезненным, унизительным, громким, но он должен что-то сказать. Живопись визажистов и ваяние пластических хирургов, а вовсе не овцы в формальдегиде и прочие грошовые интеллектуализации на задворках блестящего общества — вот чем на самом деле славятся открытия столичных выставок и презентации новых открытий в современном искусстве.

Саша Гусов Уже к началу ХХ века новые изящные искусства — магия и манипуляция видимым в женщине — приобрели общественную значимость, сравнимую с созидательной ролью живописи и архитектуры в эпоху Возрождения.

Что же и говорить о ХХI веке? Сегодня их значимость неоспорима. Да и не все ли вообще материальные ценности бросаются на жертвенники женственности? Разве роскошные отели и спа, дорогие машины и рестораны, роскошные яхты и дачи, не начинают свое существование в копях и рудниках, в скважинах и фабриках, в пузырях и пирамидах, откуда они столь тягомотно выволакиваются, в поте лица да на мужском горбу, чтобы удивить соседа блестящим украшением видимого в женщине?

Хотя, по моим наблюдениям, соитие как таковое имеет лишь косвенное отношение к мотивациям занятых украшением новогодней телки язычников.

Средства вроде виагры давно затмили цель. Тема видимости в современном обществе поистине огромна, и переплетается она скорее с клиническим анализом фетишизма, садомазохизма и соглядатайства, чем с вечной женственностью Гёте. Конечно, язычников от позднейшего христианства обсуждали задолго до Дебора. Но никогда в истории нашей номинально христианской цивилизации потребительство так не примыкало к половым извращениям, не сливалось столь тесно с религией в культе золотого тельца, не осыпало дойный рог изобилия таким дивным разнообразием поцелуев, блесток и конфетти, как в сегодняшнем Лондоне.

Саша Гусов Вспоминаю дачу, которую родители когда-то снимали в Шереметьево. Мне было лет шесть. Сменялись соседи, приезжали гости, все катались на лыжах, а мой дядя, советский поэт Евгений Винокуров, притворялся, потому что был очень толстый, и шел на лыжах только до конца забора, а потом нес их под мышкой вместе с волочащимися по снегу палками.

В глазах Ваших грустных, хотя Вы и шутите, Читаю одно — как же быть мне без вас? Белый вальс, Белый вальс, хочу нравиться!!! На карнавале Со мною танго, танго аргентинское Танцуешь так, как чёрт не танцевал, В тебя вселилось что-то сатанинское: Ты — вольный ветер, ты — девятый вал!

Маска, таинственная маска, Откинь со лба нависший капюшон, Хочу я знать, из чьей ты сказки На карнавал студенческий пришёл. По циферблату к полночи спешит, И вниз по лестнице девушка простая В одной хрустальной туфельке бежит. Маска, таинственная маска, Сквозь шёлк ресниц в глаза мои взгляни.

Иль олигарх, что золотом звенит? Но вот и полночь Кто ж с такой страстью это прошептал? Не ты ли, маска?.